Wednesday, 10 December 2008

"Декалог". Фильм третий / Kieslowski, "Decalogue Three", screen script

Фильм в журнале // Искусство кино, №5 1993
Сканирование и spellcheck - Е. Кузьмина


Авторы сценария Кшиштоф Песевич, Кшиштоф Кесьлёвский.
Оператор Петр Собочиньский (Piotr Sobociński).
Художник Халина Добровольска.
Композитор Збигнев Прейснер.
Звукооператор Никодем Вольк-Ланевский.
В ролях: Мария Пакульнис /Maria Pakulnis (Эва), Даниэль Ольбрыхский/Daniel Olbrychski (Януш), Иоанна Щеповска/Joanna Szczepowska (жена Януша), Кристина Дрочоцка /Krystyna Drochocka (тётя Эвы), Артур Барчиш /Artur Barciś (водитель трамвая).
Польское телевидение (Варшава), «Sender Freies» (Берлин). 1989.


1

Зимний снежный вечер. На растущей перед домом елке горят разноцветные лампочки. Издалека — из радиоприемников, из квартир — доносится пенье колядок. Окна ярко освещены, за занавесками видны фонарики на елках. В перспективе улицы пьяный волочит по снегу явно запоздавшую рождественскую елочку — ему страшно хочется доставить ее домой. Проходит мимо машины с зеленым огоньком. Это белый «фиат»-такси; внутри Януш, мужчина лет сорока, приклеивает себе белую бороду из ваты. Вылезает из машины, выворачивает светлую дубленку мехом наружу, подпоясывается, надевает на голову красную шапку. Захлопывает дверцу, достает из багажника большой мешок, вероятно, с подарками, закидывает его за спину и идет к длинному дому, в котором живут все наши старые и будущие знакомцы.

2

Януш в наряде Деда Мороза с трудом нажимает кнопку лифта. Лифт спускается быстро — видимо, был недалеко; из него выходит известный нам по первой новелле Кшиштоф и придерживает Янушу дверь.
Я н у ш. С Рождеством.
К ш и ш т о ф. С Рождеством. Я вас не узнал.

Смотрит Янушу вслед; его взгляд будет понятен тем, кто помнит о недавней трагедии на пруду [Декалог, фильм первый]. Януш этого взгляда не замечает и про трагедию не помнит; поправив бороду, он звонит в дверь своей квартиры. На вопрос: «Кто там?» — отвечает грубым голосом.
Я н у ш. Дед Мороз.

3

Восхищенные и испуганные дети прячутся за мамину спину. За происходящим довольно неодобрительно наблюдает теща Януша, интеллигентная дама лет шестидесяти. Жене Януша тридцать пять лет; это замученная жизнью — а быть может, мужем — блондинка. Януш — Дед Мороз усаживается на заранее приготовленный стул.

Я н у ш. Есть здесь какие-нибудь дети? Мне говорили, тут живут девочка Кася и мальчик Антось. Кася, кажется, очень смелая?..
Трехлетняя девочка вылезает из-за материнской спины.
Я н у ш. Ты Кася, да? Я слыхал, ты сочинила для Деда Мороза стишок?
К а с я. Дед Мороз, красный нос.
Все смеются. Дед Мороз добродушно гудит не своим голосом.
Я н у ш. А Антось? Ты сегодня сделал какое-нибудь доброе дело?

Мама наклоняется к мальчику и что-то шепчет ему на ухо. Антось слушает, а сам не спускает глаз с хорошо знакомых часов, высовывающихся из-под рукава тулупа. Не отрывая от них взгляда, говорит коротко.
А н т о с ь. Я смолол мак.
Януш развязывает мешок и начинает раздавать подарки. С подчеркнутой торжественностью читает прикрепленные к сверткам записки. Каждый получает помногу маленьких и больших пакетов. Прочитав на длинном, чуть ли не метровом футляре «Мама», Януш вручает его жене. Все восхищенно рассматривают и обсуждают подарки. Януш, воспользовавшись суматохой, прокрадывается в ванную. Срывает приклеенную бороду. Только теперь мы видим, какой он: вспотевший, задумчивый, грустный – скинувший маску шут. Тихий стук в дверь. На пороге жена с недоверчивой улыбкой на лице и лыжными палками хорошей фирмы в руках.
Ж е н а. Спасибо. Ты в самом деле думаешь, что мы поедем?
Я н у ш. Постараемся.
Жена входит в ванную, норовя держаться к мужу поближе, помогает ему вытирать пот, срывать остатки ваты.
Ж е н а. Ты очень хороший. Правда.
Януш не отвечает на ласку. Не отстраняется, но и не приближается.
Ж е н а. Спасибо.
Януш остается один. Смотрит в зеркало. Из зеркала на него глядит лицо человека, потрепанного жизнью.

4

Семья Януша поет колядки; жена зажигает бенгальские огни; из кухни доносится голос Януша, пытающегося присоединиться к семейному хору. Гора грязной посуды перед ним постепенно уменьшается. В кухню входит жена.
Ж е н а. Кася засыпает.
Я н у ш. Мы же договорились...
Бросает посуду, идет в комнату, наклоняется к девочке и нежно касается ее щеки.
Я н у ш. Спишь?
К а с я: Нет. Мы ведь идем в костел, правда?
Я н у ш. Да.
К а с я. Ты меня понесешь?
Я н у ш. Пошли, помоем посуду.
Кася большим усилием воли заставляет себя встать и вскарабкивается отцу на руки.
К а с я. Знаешь, я не умею петь.
Януш дает девочке полотенце, несколько больших мокрых ложек и показывает, как надо вытирать праздничное столовое серебро.

5

Рождественская месса. Люди, вертеп, елки, фонарики. Праздничные спокойные лица. Януш с дочкой на руках и остальные члены семьи.
К с е н д з (за кадром). ...эти радостные дни, которые вы проведете со своими близкими, должны быть днями семейного счастья. В общественной жизни сейчас счастье нелегко обрести — тем больше любви и добра надо искать среди самых близких...
Янушу что-то мешает сосредоточиться. Впереди, человек через десять от себя, он замечает фигуру и профиль темноволосой женщины. Смотрит в ту сторону. Почувствовав на себе взгляд, а может, случайно, женщина поворачивается спиной.
К с е н д з (за кадром). ...каждый день, и сегодня особенно, нужно думать о других с любовью и ответственностью. Не допускайте, чтобы нетронутые приборы на ваших столах превратились в символ. Сегодня надо радоваться всем вместе. Мы должны найти в наших сердцах место для страждущих, покинутых и одиноких.
Януш снова смотрит на то место, где минуту назад видел темноволосую женщину. Женщины там уже нет. Рядом колонна, возможно, она ее заслонила. Януш вертит головой, пытается сообразить, действительно ли увидел знакомое лицо или ему только показалось.

6

Среди возвращающихся с рождественской службы людей — Януш с семьей. Кася спит у отца на руках. Расшалившийся Антек катится по замерзшей луже. Януш тоже разгоняется и, несмотря на то, что держит Касю, умудряется проехать дальше, чем сын. Жена бережно ведет мать по скользкому тротуару. У самого подъезда Януш вдруг о чем-то вспоминает.

Я н у ш. Шампанское! Возьми. (Передает жене девочку и бежит к своему белому такси.) Заморозилось!
Возвращается с бутылкой, и все вместе скрываются в подъезде.

7

Садятся в лифт; Януш на мгновение замирает. За стеклянной дверью подъезда он видит силуэт темноволосой женщины из костела.

8

Януш расставляет на подносе высокие рюмки и принимается открывать шампанское. Услышав, что в передней запирают дверь, быстро выдергивает телефонный шнур из розетки. То же проделывает со вторым аппаратом в кухне. Потом, уже спокойно, устанавливает горлышко бутылки под определенным углом, наполняет рюмки и вносит поднос в комнату. Раздает рюмки. Целует мать жены, целует жену.
Я н у ш. Еще раз с праздником.

Эту трогательную семейную сцену прерывает неприятный, пронзительный звонок домофона. Януш напрягается, но в следующую секунду изображает на лице удивление: кто бы это мог быть? Поднимает трубку.
Я н у ш. Да. Я слушаю.
Жена стоит в дверях. Она встревожена. Януш вешает трубку. Молчит. Собирается с мыслями.
Я н у ш. Не знаю... Не разобрал. Вроде кто-то крутится возле машины...
Выбегает из квартиры.

9

Януш выскакивает из подъезда. Озирается. Пусто. Ежась от холода, идет обратно, но вдруг слышит позади треск зажегшейся спички. Прямо за его спиной стоит та самая женщина. У нее темные волосы, черные выразительные глаза и большой рот. При свете спички черты кажутся более резкими, чем на самом деле. С минуту оба смотрят друг на друга. Спичка гаснет.
Э в а. Опять ты меня не поздравил.
Я н у ш (со сдерживаемой яростью). Что тебе нужно?
Эва молчит.
Я н у ш. Сегодня Сочельник. Скажи, что тебе от меня нужно.

Из глаз Эвы медленно катятся слезы. Она не заслоняет руками лица, не всхлипывает — просто по ее щекам одна за другой скатываются слезинки.
Я н у ш. Шантажируешь...
Э в а. Эдвард пропал.
Я н у ш. Эдвард?
Эва кивает. Слезы по-прежнему текут по ее лицу.
Я н у ш. Не плачь...
Берет ее лицо в ладони, но Эва никак не реагирует, видно, не испытывает нужды в сантиментах. Закрывает глаза и произносит скороговоркой.
Э в а. Утром ушел и не вернулся. Надо его поискать.
Я н у ш. Сочельник.
Э в а. Извини.
Отстраняется и уходит.
Я н у ш. Эва! Я поеду с тобой.
Э в а. Что ты сказал дома?
Я н у ш. Что кто-то крутится возле машины.
Э в а. Дай ключи.
На лице ее уже нету слез. Берет ключи.
Э в а. Я буду ждать за углом.
Подходит к «фиату» Януша, заводит мотор и уезжает.

10

Перед входом в квартиру Януш на секунду приостанавливается. Короткая подготовка: он хочет выглядеть, как человек, у которого украли машину. Резко открывает дверь, стремительно вбегает в комнату.
Я н у ш. Угнали. Кажется, поехали по Вислостраде.
Жена с матерью смотрят на него из-за стола.
Януш. Попробую поймать такси. Позвоните в милицию.
Ж е н а. Может, не стоит..
Я н у ш. Она нас кормит.

11

Януш бегом пересекает площадь перед домом. За поворотом его ждет «фиат». Эва сидит спереди, рядом с местом водителя.
Я н у ш. Ты была на мессе?
Э в а. Нет.
Я н у ш. Я тебя видел.
Э в а. Я искала его у знакомых и в милиции.
Януш хочет погладить ее по лицу. Эва уклоняется,
Э в а. Не трогай меня. Мне нужна не жалость, а помощь.
Я н у ш. Куда ехать?
Э в а. Куда б ты поехал, если бы у тебя пропала жена?
Я н у ш. В больницу.
Э в а. Давай на Брацкую. Она сегодня дежурная.

12

На перекрестке Януш притормаживает — дорогу им пересекает праздничный поезд: за легковой машиной несколько саней; сидящие в них люди размахивают факелами и воздушными шарами, приветствуя тех, кто их пропускает.
Я н у ш. Я выпил шампанского.
Эва достает из сумки пригоршню кофейных зерен.
Э в а. Пожуй. Ну что ты стоишь? Можешь жевать на ходу.

13

В приёмном покое пусто. Слабо освещенные коридоры, запертые двери. Януш безуспешно дергает одну за другой дверные ручки.
Я н у ш. И это дежурная больница?
Э в а. Если хочешь мне помочь, не мешай. А нет, отправляйся спать.
Обходит Януша и поднимается по лестнице. На втором этаже в коридор из какой-то комнаты пробивается полоска света. В кабинете врача на столе елочка, играет радио, врач, откинув назад голову, спит. Януш стучит в дверной косяк.
Я н у ш. Вы дежурите?
Врач, не меняя положения, открывает усталые глаза.
В р а ч. Я вчера дежурил.
Э в а. Наверно, я ошиблась.
Я н у ш. А сегодня?
Врач молча поднимает телефонную трубку. В ожидании ответа смотрит на Януша.
В р а ч. Кто пропал?
Я н у ш. Муж.
В р а ч. Ваш?
Э в а. Мой.
В р а ч. Случается. Особенно в праздники. (В трубку.) Юрек? (Эве.) Фамилия?
Э в а. Гарус.
В р а ч (в трубку). Гарус... возраст?
Э в а. Тридцать восемь.
В р а ч. Гарус, тридцать восемь... Гражданочка тут у меня, ищет мужа. С которого часа он у вас? (Эве) Давно ушел?
Э в а. В полдень.
В р а ч. Не он. Пока. (Кладет трубку.) Привезли одного, без ног. Несчастный случай. Около одиннадцати.
Э в а. Пойдем.
Януш с порога оборачивается.
Я н у ш. Погасить вас свет?
Врач не отвечает - он спит, как и раньше, откинув назад голову.
Э в а. Пьяные все.
Я н у ш. Просто устал. Ты уверена, что он ушел в полдень?
Э в а. Я пошла в магазин. Когда вернулась в двенадцать, его уже не было.
Я н у ш. Поехали.

14

Машина сворачивает с Пенкной в Уяздовские аллеи. Когда она проезжает мимо Дома актера, Эва замечает что-то за окном.
Э в а. Остановись.
Ведет Януша к припаркованному перед клубом маленькому «фиату». Приглядывается.
Э в а. Его машина.
Я н у ш. У тебя есть второй ключ?
Эва вынимает из сумки ключи. Они открывают машину. На переднем сиденье лежит шарф. Эва нерешительно держит его в руке.
Я н у ш. Положи. Вернется, замерзнет.
Э в а. Без ног ему трудно будет вернуться.
Януш с силой захлопывает дверцу «фиата».
Я н у ш. Запри.
Э в а. Положи ему какой-нибудь бутерброд. Вдруг он вернется голодный.
Я н у ш. Это же смешно.
Э в а. А может быть еще смешнее. Мы можем улечься в постель в гостинице, ты можешь позвонить ему и сказать, в каком мы номере, он может...
Я н у ш. Я ему не звонил.
Э в а. Звонил. Ты хотел со всем этим покончить, вернуться домой и жить спокойно. Ты звонил.
Я н у ш. Не звонил я!
Э в а. Он мне сказал. Правда, ты не представился.
Я н у ш. Эва, сука, я не звонил!
Э в а. Нет? Ну что ж. В больницу на Праге, пожалуйста.

15

Белый «фиат»-такси подъезжает к больнице на Праге.

16

Врач ведет Эву и Януша по длинному пустому закругляющемуся коридору. Из маленького окошечка высовывается старик.
В р а ч II. К этому, который без ног.
Э в а. Посмотри сам. Я не могу.
Януш идет следом за стариком. В помещении они останавливаются возле одного из металлических столов, и старик откидывает простыню. Лицо лежащего на столе мужчины изрезано, длинные зубы оскалены в жутковатой гримасе.
С т а р и к. Этот, пан редактор?
Я н у ш. Не знаю.
С т а р и к. Вы писали про нас, когда я еще работал на железной дороге. Давно я вас не видел, не читал...
Я н у ш. Точно.
С т а р и к. Это что же такое делается...
Януш возвращается к Эве, ведет ее за собой, опять комната с металлическими столами, опять старик отдергивает простыню... Эва смотрит, как загипнотизированная, подходит ближе. Януш со стариком переглядываются, Эва внезапно отворачивается и прячет лицо у Януша на груди.
Я н у ш. Эвуня... ну...
Старик деликатно выходит. Януш пытается прикрыть труп, но Эва поднимает спокойное лице без единой слезинки.

Э в а. Не закрывай. Это не он. Я б хотела, чтобы это был он. Или ты. Чтоб это было твое лицо и твои зубы. (Достает сигарету и закуривает; руки у нее не дрожат.) Ты мне как-то приснился со свернутой шеей... с вывалившимся языком... Чудесный сон... (Поворачивается к человеку на столе.) Интересно, кого он порадует.
Я н у ш. Хочешь дальше искать?
Э в а. Да.
Я н у ш. Может быть, он вернулся?
Э в а. Может, вернулся.

17

Опять улицы. Издалека видны милиционеры, остановившие «трабант».
Э в а. Милиция. Ты на краденой машине.
Януш замедляет ход, а когда милиционеры и «трабант» остаются позади, жмет на газ.

Я н у ш. Держись.
Сзади появляется мерцающий синий огонек. Машина Януша с трудом вписывается в повороты Маршалковской, проскакивает мимо весело сверкающей уличной елки. Следом несется милицейский «полонез» с включенной мигалкой. Януш сворачивает вниз, «полонез» за ним.
Э в а. Документы у тебя с собой? Притормози.
Милиция догоняет их в туннеле трассы Восток — Запад. Два милиционера подбегают к «фиату» разных сторон.
М и л и ц и о н е р. Выходите. Руки на крышу.
Януш вылезает из машины. Эва с улыбкой кладет руки на крышу. Милиционеры быстро, сноровисто обыскивают их и позволяют опустить руки.
М и л и ц и о н е р. Это ваша машина?
Януш вынимает документы. Милиционер читает, поглядывая то на Януша, то на Эву, и передает второму, который изучает их столь же внимательно.
М и л и ц и о н е р. К нам поступило заявление о краже автомобиля.
Э в а. Мы его нашли. Брошенным на Вислостраде.
Милиционер возвращает документы.
М и л и ц и о н е р. Пили?
Я н у ш. Не успел.
М и л и ц и о н е р. Слишком быстро ездите. С Рождеством.
Козырнув, милиционеры уезжают. Эва улыбается Янушу.
Э в а. Спокойно... Попробуем еще. Согласен?
Я н у ш. Пристегнешься?
Эва отрицательно мотает головой. Януш заводит мотор, удобно усаживается и осторожно съезжает с бровки тротуара на мостовую. Прибавляет скорость. В районе моста через Вислу он уже делает добрых сто километров в час. По мосту со стороны Праги движется трамвай. Януш, не снижая скорости, въезжает на рельсы, по которым идет трамвай, мотор ревет на полных оборотах, огни трамвая стремительно надвигаются, Эва молча смотрит перед собой широко открытыми спокойными глазами. Водитель трамвая молод, светловолос. Такие, как у него, лица легко запоминаются. Освещенный фарами мчащейся на него машины, невозмутимо ведет трамвай.

Автомобиль приближается, водитель трамвая — совсем белый в ярком свете фар «фиата» — слегка улыбается. В последнюю секунду Януш сворачивает, машина чуть не задевает трамвай, ее заносит, она долго скользит, сметая на пути снег, вздымая облака снежной пыли, и, наконец, замирает под углом к трамвайной остановке.
Я н у ш. Хватит?
Эва медленно качает головой — нет, не хватит.

18

Эва живет в квартале невысоких домов. Стоянка забита машинами, Януш долго ищет свободное место. Выходит первым, озирается по сторонам.
Я н у ш. Нету вашей машины.
Эва, ничего не говоря, выходит. Януш еще раз осматривается, и внезапно ему приходит в голову какая-то мысль.
Я н у ш. Не мог он утром оставить машину перед клубом. Снег пошел после обеда, а машина была чистая.
Эва смотрит на него вопросительно.
Я н у ш. На крыше не было снега. Вот такой шапки. А снегопад начался около пяти.
Э в а. Может, он приехал позже.
Я н у ш. В Сочельник клуб в два закрывается.
Э в а. Не знаю. Если он дома, вряд ли нам стоит заходить вместе. Подожди. Если его нет, я выйду на балкон. А не выйду, через несколько минут уедешь.
Эва уходит. Януш кричит ей вдогонку.
Я н у ш. Эва! Если он дома, тогда до свиданья!
Эва поднимает руку и машет в знак прощанья. Януш садится в машину и опускает голову на руки; это движение должно означать: а что я тут, собственно, делаю?

19

Войдя в дом, Эва идет к телефону. Пригибается, чтобы Януш снизу не мог ее видеть. Набирает короткий трехзначный номер.
Ж е н с к и й г о л ос (за кадром). «Скорая помощь», слушаю вас.
Э в а. Несчастный случай. Мужчине плохо. Лежит на остановке.
Ж е н с к и й г о л о с (за кадром). Адрес?
Э в а. Угол Валбжихской и Пулавской, остановка в направлении к центру.
Ж е н с к и й г о л о с (за кадром). Не пьяный?
Э в а. Нет. Мы взяли документы. Женский голос (за кадром). Фамилия? Эва. Эдвард Гарус. Год рождения 1949. Женский голос (за кадром). Кто звонит?
Эва смотрит на лежащую на табурете «Политику». Читает подпись под статьей.
Э в а. Анна Татаркевич.
Женский голос (за кадром). Приняла.
Эва кладет трубку и только после этого зажигает в комнате свет. На столе два прибора, бутылка вина, еловая ветка в вазе. Эва выходит на балкон и смотрит, как Януш вылезает из машины и идет к дому. Оглядывает комнату. Быстро подходит к шкафу, достает из него чемодан, из чемодана — мужское пальто, которое вешает на вешалку в передней. В ванной кладет в стаканчик вторую зубную щетку. Вынимает из аптечки бритву и старый облезлый помазок. Намыливает помазок, стряхивает пену под краном. В этот момент раздается звонок в дверь. Эва открывает, Януш, не снимая куртки, неуверенно входит в квартиру. Эва смотрит на него с некоторым любопытством.
Э в а. Не разденешься?
Я н у ш. Я замерз.
Э в а. Хочешь чаю?
Я н у ш. Давай.
Эва ставит на плиту чайник, садится, подпирает голову руками и выжидательно смотрит на Януша.

Я н у ш. Послушай... Я не звонил... Три года прошло... Не звонил я, это какая-то ерунда...
Если бы Януш взглянул на Эву, он бы заметил на ее лице тень улыбки, но он на нее не смотрит.
Я н у ш. Для меня это было важно... Если хочешь знать правду... ты была... я тебя любил. Собирался все изменить...
Нехорошо было бы, если б мы уловили оттенок цинизма в этом подобии улыбки на лице Эвы, но, кто знает, может, так оно и есть.
Я н у ш. Когда мы одевались, а он стоял, отвернувшись... Не очень-то было приятно... Ты на меня даже не посмотрела. Я взял тебя за руку, но ты ее вырвала. Потом он сказал, что если мы уже оделись, ты можешь выбирать: уйти или остаться, и ты ушла следом за ним... Я это говорю, потому что ты, наверно, не помнишь, как было.
Э в а. Неужели так было? Мы ушли?
Я н у ш. Нет, не так. Он добавил, что ты можешь с ним уйти, если мы больше не будем встречаться.
Э в а. Так было?
Я н у ш. Ты сказала: «Я и не собираюсь». А я сказал: «Согласен». Вот как было.
Эва, высвободив руки из-под подбородка, протягивает их к Янушу.
Э в а. Бедный... Дай руку.
Януш подает руку, Эва нежно ее гладит. Януш отвечает тем же.
Э в а. Нелюбимый... непонятный... собирался все изменить...
Януш чувствует в голосе Эвы насмешку, хочет отнять руку, но Эва сжимает ее с неожиданной силой.
Э в а. Теперь ты любишь жену, правда?
Я н у ш. Я люблю детей.
Э в а. Ты приложил много усилий, чтобы все пошло на лад. И снова стал заботлив, предупредителен, не забываешь забирать белье из прачечной...
Эва впивается ногтями в ладонь Януша.
Я н у ш. Пусти.
Э в а. Ты думаешь, прибавишь газу и станешь мужчиной. Едва до меня дотронешься, как я кинусь задергивать занавески и в постель...
Во время этого короткого монолога Эва еще сильнее сжимает руку Януша.
Я н у ш. Пусти.
Э в а. С удовольствием. От тебя воняет бензином.
Януш растирает руку и невольно подносит ее к носу. Идет в ванную, Эва бежит за ним.
Э в а. Ты хоть раз задумался, что было, когда мы ушли? Попытался представить, как он на меня смотрел? Как себя вел со мной в постели? Представил?
Все это Эва говорит перед закрытой дверью ванной. В ванной Януш рассматривает зубные щетки, помазок, бритву. Раскручивает станок. Внутри старое, ржавое, давно не бывшее в употреблении лезвие. Эва продолжает кричать из-за двери.
Э в а. В постели! Слышишь?!
Януш пробует лезвие. Оно тупое, даже при некотором усилии не оставляет следа на коже. Януш собирает станок и кладет на место. Эва стучит в дверь, ненадолго умолкает, потом продолжает монолог уже спокойным бесстрастным голосом.
Э в а. С тех пор я ни разу с ним не спала. Слышишь?
Януш молчит, он не знает, как поступить. Эва тоже умолкает. С минуту оба стоят молча, затем Эва равнодушно спрашивает нормальным голосом.
Э в а. Что ты там делаешь?
Януш открывает дверь.
Я н у ш. Ничего. Руки мыл.
Эва возвращается в комнату и берет облатку.
Э в а. Сочельник. Нельзя врать, прости. У меня с ним все в порядке. С праздником! Желаю тебе всего самого доброго...
Отламывает кусочек облатки, дает Янушу, из его руки отламывает кусочек поменьше и кладет в рот, Януш делает то же самое и вспоминает о лезвии в бритве.
Я н у ш. Он отпустил бороду?
Э в а. Нет. С чего ты взял?
Пристально смотрит на Януша.
Э в а. Делимся облаткой... Забыли, зачем пришли... Поехали!
Я н у ш. Куда?
Э в а. В больницу скорой помощи, в милицию, на вокзал.
Надевает пальто, заматывает шею шарфом, входит в ванную и берет с полочки станок. Раскручивает его точно так же, как минуту назад Януш. Лезвие не стало острее. Закручивает бритву и спускает в унитазе воду. Когда шум стихает, слышит голос Януша, разговаривающего по телефону.
Я н у ш (за кадром). Больница скорой помощи? Я хотел узнать, не привозили ли к вам мужчину? Фамилия Гарус. Эдвард Гарус.
Эва напряженно прислушивается.
Я н у ш (за кадром). Тридцать восемь... сорок девятого года.
Минуту молчит, и Эва, чтобы не пропустить ни слова, прикладывает ухо к двери.
Я н у ш (за кадром). А у вас сведения со всей Варшавы?
Эва, поняв, что Януш не узнал того, чего бы ей хотелось, собирается выйти, но Януш внезапно повышает голос.
Я н у ш (за кадром). Заявление? И что?
Теперь Эва ждет спокойно. Слышит нетерпеливый стук в ванную, снова спускает воду и открывает дверь.
Я н у ш. Им сообщили. Я звонил на «скорую».
Э в а. Что сообщили?
Я н у ш. Он лежал на остановке на Пулавской. Когда они приехали, его уже не было.
Э в а. Как это?
Я н у ш. Не было. Они говорят, с алкашами такое сплошь и рядом. Советуют справиться в вытрезвителе.

20

Из-за подсевшего аккумулятора машина не заводится. Януш замечает на стоянке такси двух парней.
Я н у ш. Помогите, ребята.
П а р е н ь. А подбросите нас? На Прагу.
Я н у ш. Я спешу.
П а р е н ь. Тогда сам толкай.
Януш толкает «фиат», у него это плохо получается — масло загустело; наконец, на небольшом уклоне машина разгоняется, Эва отпускает сцепление, мотор работает. Януш вскакивает на ходу, Эва хочет уступить ему место, но Януш машет рукой.
Я н у ш. Поезжай.
Эва прибавляет скорость.
Я н у ш. Почему ты упомянула вокзал?
Э в а. Он часто ходил на вокзал или на аэродром. Звонил ночью, что уезжает. Утром возвращался.

21

Дверь вытрезвителя заперта. В маленьком зарешеченном окошке с задней стороны дома горит свет.
Януш и Эва заглядывают в окошко. Под струей воды из шланга двое съежившихся мужчин. Шланг держит здоровенный детина в белом халате. Януш стучит в окошко. Детина закрывает воду, впускает Эву и Януша; в комнатке у него образцовый порядок. Из металлического конторского шкафа достает ящик с заглавной буквой «Г». Ловко перебирает пальцами, поднимает голову.
Д е т и н а. Еврей?
Э в а. Нет...
Я н у ш. Был один Гарус в семьдесят девятом. Еврей.
Януш склоняется над картотекой.
Я н у ш. У вас на каждого такая карточка?
Детина улыбается, вопрос Януша польстил его самолюбию.
Д е т и н а. Первое дело — порядок. Некоторые не признаются, но я их под шланг и записываю. Может, какой из этих. Один без документов.
Ведет Януша и Эву в помещение со шлангом. У стены сидят на корточках продрогшие клиенты. Детина недовольно качает головой. На кого похож голый человек у стены, понять действительно трудно.
Д е т и н а. Заснули, гады.
Открывает кран и направляет шланг прямо на мужчин. Те вскакивают, пытаются заслониться от сильной холодной струи.
Д е т и н а. Заплясали... Может, этот? Или тот?
Направляет струю так, чтоб пьянчугам пришлось повернуться к Янушу и Эве лицом.

Я н у ш. Прекратите... Прекратите! (Закрывает кран.) Не видите, они окоченели?
Детина делает шаг вперед.
Д е т и н а. Того же захотел, сволочь?
Я н у ш. Только попробуй. Ну, попробуй.
Януш говорит спокойно, но твердо. Убедившись в своем преимуществе, срывает шланг с крана.
Я н у ш. Поди сюда. Попляшем.
Детина смотрит на него еще минуту и бросает алкашам кучку одежды.
Д е т и н а. Одеваться, денатураты.
Вымещая злобу, пинает не долетевший до решетки башмак.

22

Светает. Януш и Эва идут к машине, Эва берет Януша под руку, возможно, ей хочется к нему прижаться, но Януш не замедляет шага. Садятся в машину, Януш вставляет ключ в замок зажигания.
Я н у ш. Бессмысленное занятие. Я еду домой.
Когда он кладет руку на переключатель скоростей, Эва кладет поверх свою. Януш не реагирует. Включает скорость, берется за руль. Эва не отпускает его руки.
Я н у ш. Куда тебя отвезти?
Эва смотрит на него с нежностью. Машина трогается, сворачивает на широкую улицу. Эва внезапно перегибается и изо всех сил хватается за руль, Януш не может выровнять машину, тормозит, пытается вырвать у Эвы руль, автомобиль не слишком быстро, но неуклонно приближается к фонарном столбу. Удар. Януш стукается головой о зеркальце, из рассеченного лба течет кровь. Эва выпускает руль. У машины разбита фара, погнуты бампер и крыло, но мотор работает нормально. Януш выходит, старается снегом остановить кровь. Снег грязный, на лице кровь и темные разводы. Эва со своего места наблюдает за Янушем, потом выходит из машины, расстегивает пальто, вытаскивает из юбки блузку и отрывает кусок ткани. Стирает с лица Януша грязь и растаявший снег, пробует остановить кровь. Рана неглубокая — когда Эва прижимает импровизированную салфетку ко лбу, кровь останавливается.
Э в а. Я тебе разбила машину.
Януш не отвечает.
Э в а. И испортила праздник.
Я н у ш. Нет, почему. Было очень приятно.
Э в а. Поедем со мной на вокзал.

23


Посреди пустого вокзала — освещенная елка. Эва с Янушем бродят по безлюдным залам ожидания и перронам. Эва подходит к двоим спящим на скамейке мужчинам и разглядывает их — безрезультатно. Раздается странный звук, Эва и Януш идут на этот звук и попадают на длинный пологий пандус, ведущий на перрон. Некрасивая молодая женщина в форменных штанах съезжает по пандусу на роликовой доске. Они догоняют ее уже на перроне.
Я н у ш. Вы дежурная?
Ж е н щ и н а. Да.
Я н у ш. Мы ищем... Несчастных случаев не было?
Ж е н щ и н а. Нет. Я тут катаюсь, а то в сон клонит.
Э в а. К вам сюда ходит мужчина... В короткой белой дубленке, вроде куртки... Часто здесь бывает... Никуда не ездит...
Женщина пытается припомнить или, может быть, что-то себе представить. Эва раскрывает сумочку, достает фотографию размером с открытку, протягивает женщине. Та долго рассматривает фотографию и молча возвращает Эве: такого она не знает. Забирает доску и уходит. Эва дает фотографию Янушу. Мужчина в короткой белой дубленке, рядом с ним женщина; за спиной у мужчины маленький ребенок в удобном рюкзачке, второго, постарше, он держит на руках. Мужчина и женщина улыбаются в объектив.
Я н у ш. Кто это?
Э в а. Эдвард.
Я н у ш. А она...
Э в а. Его жена. И их дети. Живут в Кракове, уже три года.
Януш ничего не может понять. Эва очень серьезна — возможно, впервые за эту ночь.
Я н у ш. Три года?
Э в а. Почти. Сегодня я много врала...
Я н у ш. Н-да... Отомстить хотела?
Э в а. Нет... Знаешь, есть такая игра: если из-за угла выйдет мужчина, все будет хорошо, если женщина — нет.
Я н у ш. Знаю, закрываю глаза и ставлю ногу на тротуар. Если попаду на середину плиты — день будет удачный. Если между плитами — плохой...

Э в а. Я сегодня сыграла в эту игру. Сказала себе: если смогу пробыть с тобой целую ночь, до семи утра... все равно, как...
К перрону подкатывает поезд. Никто не выходит и не садится. Минуту спустя проводник с откуда-то знакомым лицом поднимает руку — можно отправляться.
Я н у ш. И что тогда?
Э в а. Дальше все пойдет нормально.
Я н у ш. А если нет?
Эва разводит руками. Проводник смотрит в их сторону. Возможно, просто потому, что на перроне никого больше нет.
Э в а. Я все хорошо продумала. Живу одна...
Достает из кармана пузырек с таблетками. Янушу его не показывает — только мы видим это её движение. Прячет пузырек обратно в карман. Проводник, продолжая на них глядеть, подымается на площадку вагона, поезд трогается.
Э в а. Трудно быть одной... В такой день. Люди...
Януш кивает.
Я н у ш. Запираются... задергивают шторы.

24

Януш - это трудно описать, но легко сыграть — словно бы становится внимательнее к Эве. Открывает перед ней дверцу машины, включает скорость, рана на лбу кровоточит, Януш вытирает лоб. Машина уже тронулась, как вдруг они замечают паренька, за которым гонятся двое других. Дело, видно, серьезное, все бегут очень быстро. Убегающий вырвался метров на пятнадцать вперед. Януш, ничего не говоря, прибавляет газ и опережает преследователей. Когда «фиат» догоняет паренька, Эва открывает заднюю дверцу.
Э в а. Залезай!
Паренек хватается за дверцу, с минуту скользит по обледенелой мостовой, затем с помощью Эвы вваливается в машину. Он тяжело дышит, в уголках рта запеклась слюна.
Э в а. Куда?
Преследователи поворачивают назад и бегут к своей машине. Эва повторяет вопрос. Паренек не куда знает, куда хочет ехать, может быть, никуда, может быть, он вообще ничего не хочет.
П а р е н е к. Все равно достанут.
Э в а. Тогда зачем убегаешь?
П а р е н е к. Не знаю. Просто так.

25

На кругу Иерусалимских аллей паренек просит остановиться. Машины его преследователей не видно. Януш останавливается, паренек выскакивает и исчезает в подземном переходе. Януш сворачивает направо; встав около гостиницы «Метрополь», наблюдает за пустой площадью. Со стороны вокзала на большой скорости мчится автомобиль. Резко тормозит, въезжает на тротуар. Преследователи выскакивают и, не закрывая дверей, бегут в переход. Кругом ни души. Из перехода никто не появляется. Януш хочет выйти из машины.
Э в а. Ты ему ничем не поможешь.
Януш садится на место.
Я н у ш. Да.
На площади пусто.
Э в а. Ты сегодня уже сделал одно доброе дело.
Я н у ш. Да.

26
Белый «фиат»-такси с разбитым передком медленно приближается к Дому актера — Януш, не обращая внимания на сплошную линию, сворачивает на левую полосу, останавливается около тротуара.
Э в а. Я знаю, это не ты звонил. До свидания.

Выходят. Эва пересаживается в свою машину. Януш ждет, пока она согреет мотор. Потом возвращается в белый «фиат». Оба автомобиля стоят друг против друга на расстоянии двадцати метров. Маленький «фиат» включает дальний свет, несколько раз мигает. Януш мигает в ответ. Эва делает то же самое; короткие и длинные вспышки — возможно, случайно — складываются в какую-то систему знаков, в некий шифр. В разговор, который ни один из собеседников не может закончить. Наконец, в последний раз надолго включив дальний свет, маленький «фиат» медленно уезжает.

27

Януш бесшумно открывает дверь своей квартиры. В кухне никого нет. На цыпочках входит в комнату. В кресле сидит жена.
Я н у ш. Все спят...
Жена кивает.
Я н у ш. Машина нашлась...
Ж е н а. Знаю. Мне звонили. Ночью.
Молчание.

Ж е н а. Эва?
Я н у ш. Эва.
Ж е н а. Опять будешь уходить по вечерам?
Я н у ш. Нет. Не буду.

Перевод с польского Ксении Старосельской